Алексей Степанов ВВЕДЕНИЕ БИОГРАФИЯ ШЕДЕВРЫ ПЕЙЗАЖИ ЗВЕРИ
ПОРТРЕТЫ ПОЕЗДКИ ПЕДАГОГ ГРАФИК ЦИТАТЫ
Степанов и Нестеров Степанов и Чехов Степанов и Левитан Степанов и Архипов Последние годы

   
Алексей Степанов Алексей Степанов

Если 1890-е годы можно считать периодом творческих исканий художника, то 1900-е годы в биографии Степанова - эпоха наступившей зрелости таланта, годы укрепления и уточнения художественных позиций, годы большой художественной, общественной и педагогической работы. В 1889 году Степанов был приглашен в Училище живописи, ваяния и зодчества вести специальный класс изучения животных.
По воспоминаниям академика В.Н.Бакшеева, В.А.Серов, уже два года преподававший в Училище, настаивал в Ученом совете на приглашении Степанова: "Лошадки, собачки, - говорил Серов, - это уже надо Степанову отдать, это уж его дело, это уж он лучше всех умеет". И действительно, Степанов стал подлинным мастером анималистической темы, своеобразно и многогранно ее решавшим. У Серова были и свои причины, заставлявшие его обратиться к Степанову, когда он привлекал к работе в Училище молодые силы, которые могли бы обновить в нем систему преподавания. В 90-х годах между Серовым и Степановым возникла дружественная близость, основанная на общих творческих интересах. В 1895-1901 годах Серов много и глубоко был занят крестьянской темой, над которой Степанов работал всю жизнь. К 1895 году относится серовский "Октябрь" (ГТГ), к 1898 году - "Зимой" (ГРМ) и "Баба с лошадью", к 1899 году - "Баба в телеге" (ГРМ), к 1901 году - "Полоскание белья". Внутреннее соприкосновение ясно ощущается в картинах "крестьянского" Серова и в творчестве Степанова этих лет. И трудно сказать, кто от кого заимствует; вернее, здесь нет никакого заимствования, но одинаковая настроенность приводит к близким решениям.

Педагог:
1 2 3

Эта внутренняя близость, общность художественных убеждений сказывается и в колорите с преобладанием рыжих, серых и коричневых тонов, и в живописной мягкости решений, в неожиданной и свежей композиции, не говоря уже о трактовке зимней дороги и снега на земле и на крышах. Тихая задумчивость, сосредоточенность образов "Бабы в телеге" и парнишки в "Октябре" еще больше роднит Серова с автором "Журавлей". "Октябрь", "Зимой" и "Полоскание белья" особенно близки к степановским решениям. И вряд ли справедливо мнение И.Э.Грабаря, что Серов в крестьянской теме "вначале шел ощупью, немножко из подражания Репину, работавшему в Абрамцеве над сугубо крестьянскими темами - "Проводы новобранца", "Крестный ход". Слишком уж не похожа серовская трактовка темы на решения репинских картин.

В поисках более интимных, камерных и в то же время именно в силу своей камерности и лаконичности углубленных решений Серов заинтересовался творчеством Степанова. И, надо думать, младший по возрасту, но старший по опыту и культуре мастерства, Серов мог поддержать Степанова в его поисках новых путей. В простоте и лаконизме "Баба с лошадью" далеко превосходит "Девушку, схватившую лошадь под уздцы", хотя, более конкретная, она не отличается широтой замысла. "Октябрь" и "Зимой" предваряют многие картины Степанова конца 90-х годов, такие как "С борзыми", "Осенью" (1899), "По белой тропе" (1901) и др. Но в дальнейшем пути художников расходятся, и Степанов, уже автор "У водопоя" (1903, частное собрание), по воспоминаниям А.П.Панфилова, критически относился к "Стригунам на водопое" (1904), упрекая Серова в неясности передачи фигур лошадей в этом этюде. Сам он действительно знал животных и не имел соперников в их изображении.
В 1903 году критик "Русских ведомостей" характеризовал Степанова как, "пожалуй, единственного в России истинного знатока всякого зверя, давно снискавшего любовь всех любителей охоты и жизни зверей". Анималистическая тема в самом деле занимала центральное место в его творчестве. В ней соединились его лучшие качества: тонкая наблюдательность, свежесть и непосредственность в восприятии действительности и, что самое главное, мягкость и любовное отношение к окружающему, поднимающиеся до высокой любви к каждому дыханию жизни, и к животным и к человеку.
Эту любовь к животным, к природе Степанов старался привить своим ученикам; оттого-то их воспоминания о нем проникнуты такой редкостной сердечностью.

Художник и педагог неотделимы в личности Степанова. Немногими словами, коротко, при случае высказанными, он поверял своим ученикам свои заветные думы об искусстве и жизни. У Степанова учились С.В.Герасимов, М.А.Добров, Зиновьев, Б.В.Иогансон, П.Д.Корин, А.П.Панфилов, Л.В.Туржанский, В.А.Филиппов, Б. Н. Яковлев и многие другие. В.К.Бялыницкий-Бируля считал себя его учеником "как бы неофициально".
"Класс животных, как он назывался, вспоминает В.А.Филиппов, - помещался в одноэтажном каменном строении с большим окном во дворе Училища, в Юшковом переулке. Натуру, пернатую или четвероногую модель, доставал обычно сам Степанов, отправляясь за ней иногда куда-то далеко за город, "на кулички". "Все мы знали его, все любили, - рассказывает П.Д.Корин. - Ходили мы к нему в мастерскую, класс животных она называлась. Сергей Васильевич Герасимов, Иогансон, Борис Яковлев... И я ходил. И так у него уютно было, так хорошо было. То ослик у него, то лошадка позирует, то орел. Любил он зверя".


Далее: продолжение





Алексей Степанов, 2007-2015. Контакты - alex (а) alexey-stepanov.ru